Led Zeppelin — «Houses of the Holy»
28 марта 1973 года, Atlantic Records

К 1972 году Led Zeppelin перестали нуждаться в доказательствах. Четыре альбома, каждый из которых становился событием, превратили их в самую кассовую группу мира. Но вместо того чтобы закрепить формулу, Джимми Пейдж и Джон Пол Джонс сделали то, что изменило метод работы: оба оборудовали собственные домашние студии. Пейдж использовал часть аппаратуры Pye Mobile, на которой записывали «Live at Leeds» The Who. Джонс собрал собственную лабораторию для клавишных. Это позволило им приезжать на сессии не с набросками, а с готовыми аранжировками — «The Rain Song» с её нестандартным строем и сложной динамикой, «Over the Hills and Far Away» с многодорожечными гитарными партиями, «No Quarter» с выстроенной Джонсом структурой.

Основные сессии прошли в поместье Старгроув, принадлежавшем Мику Джаггеру, с передвижной студией The Rolling Stones. Эдди Крамер, работавший с группой ещё над четвёртым альбомом, вернулся за пульт. Часть материала записывалась в лондонской Olympic Studios в мае, а отдельные сессии — в нью-йоркской Electric Lady во время американского тура. Роберт Плант позже описывал этот период как момент, когда группа «перестала быть просто блюз-рок-группой». Звук стал легче, мелодичнее, но не потерял плотности. Пейдж строил риффы на перезвоне фолковых хуков не меньше, чем на привычном блюзовом напоре.

Критика встретила пластинку неровно. Гордон Флетчер в рецензии Rolling Stone от 7 июня 1973 года вынес приговор, который до сих пор цитируют: «„Houses of the Holy“ — один из самых тусклых и путаных альбомов, которые я слышал в этом году». Он обвинил группу в том, что «две песни — это откровенные имитации», а остальное «лишний раз подчёркивает недостатки их песенного мастерства». Со временем эта оценка стала восприниматься как курьёз. Стивен Томас Эрлевайн из AllMusic сформулировал куда точнее: «„Houses of the Holy“ следует той же базовой схеме, что и „Led Zeppelin IV“, но подход свободнее и расслабленнее». Он отдельно отметил, что «игра группы безупречна», а эклектизм Пейджа и Планта звучит «связно и естественно».

В коммерческом смысле альбом не оставил шансов сомнениям. Он возглавил Billboard 200, а в 1999 году получил бриллиантовый статус RIAA за более чем десять миллионов проданных копий только в США. Синглы — «Over the Hills and Far Away» и «D’yer Mak’er» — добрались до 51-го и 20-го мест в Hot 100 соответственно. В 2020 году Rolling Stone поместил «Houses of the Holy» на 278-е место в списке 500 величайших альбомов всех времён — через сорок семь лет после того, как их же рецензент назвал его «тусклым».

Для самой группы «Houses of the Holy» стал точкой перехода. Здесь закончилась эпоха чистого блюз-рока и началась территория, на которой Led Zeppelin могли позволить себе регги, фанк, фолк и джазовую импровизацию в рамках одной пластинки. Не все песни, записанные в этих сессиях, вошли в альбом: заглавный трек и несколько других вещей были отложены и вышли позже, на «Physical Graffiti» и «Coda». Но те, что остались, зафиксировали момент, когда группа, достигнув вершины, решила не стоять на месте, а рискнуть — и выиграла.

Black Sabbath — «Paranoid»
18 сентября 1970 года, Vertigo Records (Великобритания) / 7 января 1971 года, Warner Bros. (США)

К июню 1970 года Black Sabbath вернулись в студию спустя всего четыре месяца после выхода дебютного альбома — не потому, что горели творческим нетерпением, а потому, что так было нужно лейблу. Группа только что отыграла изнурительный европейский тур, и песни, которые впоследствии станут классикой, рождались прямо на сцене, из ночных импровизаций. Тони Айомми вспоминал: «Мы приехали в студию, а у нас было всего восемь песен. Продюсер Роджер Бейн сказал: „Этого мало для альбома, можете придумать ещё одну?“».

Что произошло дальше, вошло в историю рок-музыки. Пока остальные ушли на обед, Айомми остался в студии и за пятнадцать минут сочинил рифф, который стал заглавным треком. «Я ждал, пока они вернутся, и сказал: „Нам нужна ещё одна песня“. Они застонали. Я сказал: „Но у меня есть идея“, — и сыграл им. Мы записали её, и всё». Сам гитарист называет эту песню не иначе как «филлером» — заполнителем, который должен был просто закрыть дыру в трек-листе. «Мы никогда раньше не делали трёхминутных песен. Это должно было просто заполнить место».

Запись всего альбома заняла шесть дней — с 16 по 21 июня 1970 года в лондонских студиях Regent Sound и Island. Группа играла вживую, без наложений, как на концерте. Гизер Батлер объяснял: «Мы просто зашли, настроились и играли. Это звучит легко, но на самом деле записать группу вживую и передать всё ощущение — чертовски трудная задача. Многие продюсеры пытались и проваливались. Но Роджер справился».

Название альбома изменили в последний момент. Изначально пластинку планировали назвать «War Pigs», но лейбл испугался: шла война во Вьетнаме, и такое название могло спровоцировать негативную реакцию. Решили взять имя заглавного трека — «Paranoid».

Реакция критиков на момент выхода была сдержанной. Ник Тошес в Rolling Stone от 15 апреля 1971 года посвятил почти все 500 слов рецензии описанию «отвратительного ощущения оккультной оргии» — и почти ничего не сказал о самой музыке. Стив Хьюи в ретроспективной рецензии для AllMusic сформулировал иначе: «Paranoid не только самый популярный альбом Black Sabbath — он также один из величайших и самых влиятельных метал-альбомов всех времён». Он отметил, что если на дебюте длинные многочастные песни иногда казались бесцельными джемами, то здесь они обрели «фокус и направление». Именно этот альбом, по его словам, «определил звук и стиль хэви-метала больше, чем любая другая запись в истории рока».

Результат превзошёл все ожидания. Альбом возглавил британский чарт — и оставался единственным альбомом Black Sabbath, поднявшимся на вершину, вплоть до 2013 года. Заглавный трек добрался до четвёртого места в UK Singles Chart и до сих пор остаётся единственным хитом группы, попавшим в британский топ-10. В 2017 году Rolling Stone поставил «Paranoid» на первое место в списке «100 величайших метал-альбомов всех времён», а в 2020-м — на 139-е место в «500 величайших альбомов».

Для самих музыкантов успех «Paranoid» обернулся неожиданной стороной. Айомми вспоминал: «Мы вдруг увидели толпы визжащих девушек на концертах — мы к такому не привыкли. И нас позвали на Top of the Pops. Мы сделали это и сказали: „Всё, больше никогда. Мы не поп-группа“». Песня, написанная как заполнитель, привела к ним совершенно не ту аудиторию, которую они ожидали. Black Sabbath пришлось доказать — и себе, и публике, — что «Paranoid» не был попыткой вписаться в мейнстрим, а был случайностью, которая просто оказалась гениальной.

Фанки на Ваксе.

Cocteau Twins — «Milk & Kisses»
15 апреля 1996 года, Fontana Records

К середине девяностых Cocteau Twins подошли к точке, которую сама группа, возможно, ещё не осознавала как финальную. После ухода с 4AD на мейджор Fontana они выпустили «Four-Calendar Café» (1993) — альбом, где впервые позволили себе разборчивый вокал и почти исповедальные тексты. Следующие годы стали для трио периодом внутреннего переустройства: Элизабет Фрейзер и Робин Гатри, чей роман длился больше десяти лет, к тому моменту расстались. Гатри проходил реабилитацию от зависимости, Фрейзер — курс психотерапии. Саймон Рэймонд, басист, позже признавался: «Честно говоря, я удивлён, что мы продержались вместе так долго». Однако вместо распада группа начала записываться снова.

Запись проходила в двух местах: в лондонской студии September Sound и в прибрежном городке Пор-Пульхан в Бретани, на северо-западе Франции. Продюсерами выступили сами Cocteau Twins. Робин Гатри в интервью The Current описывал процесс без обычной для него сдержанности: «Создание этой записи было очень радостным опытом. На неё ушло всего два месяца, что для нас удивительно. Саймон приходил в студию днём, чтобы делать своё, потом я приходил ночью делать своё, а потом Лиз приходила, когда никого из нас не было. Мы никогда не были в студии одновременно. На этот раз мы действительно много времени проводили вместе». Эта перемена — от разрозненных смен к совместной работе — стала тем, что отличало «Milk & Kisses» от всех предыдущих альбомов группы.

Название пластинки Фрейзер объясняла через историю, которую рассказала в интервью: «Подруга утешала меня по телефону, и она была такой милой. Она понимала, через что я прохожу, и сказала: „Хотела бы я вытащить из тебя этот яд. Хотела бы просто взять и заменить его молоком и поцелуями“. И я подумала, что это гениально! Это красиво, правда? Я продолжала слышать это и чувствовать себя так хорошо, что решила использовать это название».

Среди десяти песен альбома отдельного упоминания заслуживает «Rilkean Heart» — посвящение Джеффу Бакли, американскому музыканту, который был поклонником поэзии Райнера Марии Рильке. Бакли умер в 1997 году, через год после выхода пластинки, но песня была написана раньше — она впервые появилась в акустической версии на EP «Twinlights» в 1995 году. По данным сайта группы, «Rilkean Heart» — о покойном Джеффе Бакли, а название отсылает к поэту Рильке.

Коммерческий результат оказался скромным по меркам эпохи: альбом не попал в верхние строчки чартов, но занял 22-е место в Великобритании. Синглы «Tishbite» и «Violaine» вышли с интервалом в несколько месяцев. Тур в поддержку пластинки прошёл с аншлагами, но после него группа собралась ещё раз — чтобы обсудить следующий альбом — и распалась. «Milk & Kisses» остался последним студийным высказыванием Cocteau Twins.

Критики разделились. AllMusic в рецензии Хизер Фейрс отметил, что альбом «сохраняет фирменное звучание группы, но добавляет к нему зрелость и ясность», и назвал его «достойным завершением карьеры». Pitchfork в 1996 году поставил 5.0 из 10 — оценка, которую издание позже пересмотрело до 7.4 в 2018 году. Mojo в рецензии написал, что название альбома «точно передаёт его успокаивающую, исцеляющую силу». Q дал четыре звезды. Рецензент сайта ilxor выразился точнее многих: «Красиво, пышно, но несколько устарело и не захватывает... Говорит ни о чём, но говорит это красиво».

Для самой группы «Milk & Kisses» стал не точкой взлёта, а точкой покоя. После десяти лет поисков новых форм Cocteau Twins вернулись к тому, что умели лучше всего — созданию звуковых пространств, в которых голос Фрейзер был не текстом, а инструментом. Альбом не изменил историю музыки, но зафиксировал момент, когда три человека, чьи отношения давно перестали быть личными, смогли записать пластинку вместе — и уйти, не разрушив то, что создали.

Wings — «London Town»
31 марта 1978 года, Parlophone (Великобритания) / Capitol (США)

К началу 1977 года Пол Маккартни находился на пике формы. Предыдущий год принёс ему два альбома номер один: студийный «Wings at the Speed of Sound» провёл семь недель на вершине чартов, а концертник «Wings Over America» повторил этот успех. Сингл «Silly Love Songs» держался на первом месте пять недель. Wings планировали закрепить триумф новым туром, но планы рухнули в одночасье: Линда Маккартни узнала, что беременна четвёртым ребёнком. Гастроли отменились, и группа, оставшаяся без привычного графика, начала работу над новым альбомом — без спешки, но и без ясного понимания, чем всё это закончится.

Сессии стартовали в феврале 1977 года в стенах Abbey Road. За три месяца квинтет записал пять песен, среди которых были заглавная «London Town» и «Girls' School». Затем группа перебралась в неожиданное место: яхту Fair Carol, стоявшую на якоре у Виргинских островов. Судно арендовали и оснастили передвижной студией Record Plant. Именно там родились восемь треков будущего альбома, включая «With a Little Luck», «I've Had Enough» и «Deliver Your Children». Рабочее название пластинки — «Water Wings» — отражало эту морскую локацию.

Пребывание на яхте обернулось чередой травм. Пол Маккартни и гитарист Джимми Маккаллок получили травмы коленей при падении, Маккаллок вдобавок оглох на одно ухо, а звукоинженер Джефф Эмерик получил удар током в ногу. В довершение ко всему американская таможня устроила рейд на арендованные лодки в поисках марихуаны и вынесла официальное предупреждение. «The band and crew suffered injuries on the boat», — сухо констатирует Википедия, перечисляя этот список.

Но настоящий удар ждал впереди. В сентябре 1977 года Маккаллок был исключён из группы Маккартни и присоединился к Small Faces. Два месяца спустя барабанщик Джо Инглиш, тосковавший по Америке, вернулся домой. Wings впервые с 1973 года сократились до трио: Пол, Линда и Денни Лейн. Для Маккартни это стало болезненным ударом — по свидетельству биографа Джона Блейни, уходы этих двоих задели его сильнее, чем потеря Генри Маккаллоха и Денни Сейвелла четырьмя годами ранее.

Именно в этот момент, когда группа фактически разваливалась, Wings записали песню, которая стала самым большим синглом в их истории. «Mull of Kintyre» — шотландская ода полуострову Кинтайр, написанная Маккартни и Лейном, — вышла в ноябре 1977 года и мгновенно возглавила британский чарт. Сингл обошёл по продажам даже «She Loves You» The Beatles и до 1984 года оставался самым продаваемым синглом в истории Великобритании. Он до сих пор удерживает статус самого продаваемого неблаготворительного сингла в стране.

Запись «London Town» завершилась в январе 1978 года в Abbey Road. Финальный овердаббинг, мастеринг — и 31 марта альбом увидел свет. Критики встретили его прохладно. Канадская The Globe and Mail вынесла вердикт, который до сих пор цитируют: «Wings остаются одной из самых последовательно неэффективных рок-групп... Записи звучат мило, когда Маккартни бренчит на гитаре и поёт песни своим детям, но когда Wings берутся за тяжёлые звуки, это просто не работает». The New York Times была снисходительнее: «Музыка — это чистый Маккартни... его чутьё на мелодии и на классически простые, но умные аранжировки остаётся острым, и результат здесь часто восхитителен».

Ретроспективная оценка Стивена Томаса Эрлевайна из AllMusic оказалась куда теплее современной ей прессы. «Сведённые к основному трио Маккартни, Маккартни и Лейна после успешного тура в поддержку „Speed of Sound“, Wings сбрасывают маску группы, выдавая свою самую песенно-ориентированную работу со времён „Band on the Run“, — пишет он. — И хотя её пиковые моменты не сияют так ярко, как у двух непосредственных предшественников, она, безусловно, сильнее „Speed“ и по-своему так же удовлетворяет, как „Venus and Mars“». Эрлевайн отдельно отмечает решение группы осесть в «отполированном софт-роке», построенном на глянцевых синтезаторных аранжировках, что придало альбому «отчётливо европейский аромат». Его итог: «Непринуждённая, почти без усилий сделанная коллекция профессионального попа, и как таковая — один из его сильнейших альбомов».

Коммерчески «London Town» стартовал мощно, но быстро выдохся. В США он поднялся до второго места — впервые с 1971 года альбом Маккартни не добрался до вершины. В Великобритании — до четвёртого. «With a Little Luck» стал шестым сольным синглом номер один в карьере Маккартни в США, но последующие синглы — «I've Had Enough» и заглавный трек — не смогли пробиться даже в топ-20. Альбом получил платиновый статус в США, но «lacked the staying power of Wings' previous releases», как отмечает Википедия: «London Town ознаменовал конец коммерческого пика Wings и начало небольшого спада для Маккартни».

После выхода альбома Маккартни был раздосадован политикой Capitol Records, проигнорировавшей «Mull of Kintyre» на американском радио, и недостаточной, по его мнению, промо-поддержкой пластинки. Контракт с лейблом истекал, и он подписал соглашение с Columbia Records для Северной Америки, оставшись на EMI в остальном мире. Wings записали ещё один альбом — «Back to the Egg» (1979), но группа к тому моменту уже фактически распалась. «London Town» остался документом переходного момента: записанный людьми, которые ещё держались вместе, но уже понимали, что держатся в последний раз.